Кто-то назвал хоккей фигурным катанием в зоне военных действий. В судьбе Александра Раздольского этот мужественный вид спорта стал одним из этапов, который подготовил его к службе в специальной военной операции. На ледовой арене тоже сражаются, не считаясь с травмами и болью.
Нашему собеседнику из-за плохого зрения не удалось стать по примеру отца морским офицером, и на срочную службу в армию он не попал. Но всегда занимался спортом. Вёл строительный бизнес. Потом увлёкся продвижением прогрессивных методик тренировок хоккеистов, включая силовую подготовку. А кроме того, запускал специализированные спортивные центры в разных городах России. Он стоял у истоков клуба «Сахалинские Акулы». Сейчас является заместителем директора «Арены-Сити».
За участие в спецоперации награждён Окопным крестом ЧВК «Вагнер», орденом Мужества и медалью «За отвагу».
— Обрадовался, узнав о начале СВО. Давно нужно было наводить порядок в Донбассе, — рассказывает Александр Раздольский.
Для него это личная история. Отец беспризорником в войну пережил оккупацию Донбасса. Дед воевал, а бабушку расстреляли фашисты. Для него нынешний противник — тот же, что и в Великую Отечественную.
Несмотря на возраст — 55 лет, отсутствие военного опыта и проблемы со здоровьем, он оставил интересную руководящую работу и отправился добровольцем на фронт. Считает это своим долгом перед Родиной.
— Несколько раз меня завернули в военкомате. Ответ на письмо в Минобороны получил лишь два года спустя после возвращения со СВО. Поэтому заключил контракт с ЧВК «Вагнер». В записке родным извинился, по-другому поступить не мог, — вспоминает Александр Раздольский.
Только на учебном полигоне ЧВК Александр впервые в жизни в руки взял оружие. Инструкторами были ребята, имеющие опыт боевых действий в Африке, Сирии и Донбассе. Он хотел стать гранатомётчиком, но на передовой оказался связистом. Вспоминает, как тяжело было слушать звуки ночного боя и записывать позывные убитых. Не мог этого вынести и добился перевода в штурмовую группу. Сослуживцы удивлялись, что он в таком возрасте забыл на фронте.
— Я отказался от бронежилета, весившего 18 килограммов. Спину прикрыл сапёрной лопаткой, а спереди защитой служила разгрузка с магазинами. Позже, когда стал замкомвзвода, требовал, чтобы подчинённые обязательно надевали броник и каску. Объяснял мелочи, которые помогают выжить на войне, — говорит штурмовик.
Большая часть взвода состояла из «проектантов» (проект «К»). Это ребята, поменявшие место заключения на окопы, объясняет Александр. Командир взвода сказал, что была бы его воля, он воевал бы только с такими людьми, они дисциплинированные и смелые, многие имели боевой опыт.
— Нам легко удалось с ними найти общий язык. Среди них, например, был бывший прапорщик войсковой разведки, очень умный и грамотный человек. В настоящее время он лечится в госпитале. Мы дружим семьями. Продолжаю общаться со всеми ребятами, — говорит Александр Раздольский.
По его мнению, во многом заслуга сослуживцев, что он остался в живых, за что им очень благодарен. Они его берегли. Первое время не брали на выходы, оставляли в арьергарде. Потихоньку давали влиться в боевую работу.
Наш собеседник рассказал, что на жаре в 35 градусов таскал груз 50 килограммов. На первом переходе думал, что умрёт от напряжения. Постоянно копали окопы. В один из дней трижды меняли позиции и столько же окапывались. Дополнительно вырывал нишу, куда прятался во время налётов и закрывался вещмешком от осколков. Из-за нагрузок похудел со 106 до 86 килограммов при росте в 183 сантиметра.
— Там выживает не тот, у кого больше мускулов, а тот, кто менее заметен. Поэтому большинство штурмовиков ребята невысокие, но жилистые. Это естественный отбор, — сделал вывод участник СВО.
Бывший «музыкант» рассказывает, что во время наступления не испытывал страха. Возможно, это было действие адреналина. Осознание случившегося приходило позже. Боялся только подвести товарищей. Ребята рисковали жизнями ради сослуживцев.
Вспоминал, как после взятия моста невредимыми из 30 бойцов остались только двое. Сам Александр тогда получил контузию. Воевали они и с нацбатом «Айдар» (запрещён в РФ), как-то раз во взятой штурмом траншее нашли мёртвого 72-летнего боевика с фашистскими наколками.
По его словам, «Вагнер» — это военная организация с грамотным и жёстким управлением. Нарушившие контракт несли суровое наказание. Нельзя было самовольно, без приказа оставлять позиции, заниматься мародёрством, насилием над мирными жителями, употреблять наркотики, алкоголь, использовать посторонние гаджеты и т. д.
— Это подразделение, которое никогда не отступало и шло вперёд. «Музыкантов» отличал высокий боевой дух, желание победить. Грамотные командиры, которые берегли людей, — говорит участник СВО.
Будучи раненным в грудь и плечо, он вытащил с позиций подстреленного доктора. В госпитале врачи сказали, что их коллега должен поставить ему свечку за здравие. По наитию он придал его телу такое положение при транспортировке, что кровь не попала в лёгкое, хотя осколок остановился в миллиметре от аорты. Благодаря этому врач остался жив и потом приезжал в гости к Александру.
Хирург, сделавший операцию нашему герою, назвал его счастливчиком, потому что двухмиллиметровый осколок не дошёл до подключичной артерии и застрял в развитых мускулах, спасибо спорту. Иначе он ещё на передовой мог истечь кровью. Кроме того, выяснилось, что порваны плечевые связки на левом плече и бицепс. В первом случае пришлось вставлять импланты, во втором — титановый болт. Такая же ситуация и с правым плечом. Поэтому лечение продолжается.
После возвращения со СВО он, по рассказам жены, ночами во сне вызывал арту (артиллерию — прим. ред.) и выводил солдат из окружения. Утром во время прогулки с собаками услышал неприятное шипение, похожее на звук летящей гранаты, и рефлекторно бросился на землю. Потом только сообразил, что не на фронте. Оказалось, что так на него подействовал шум раздвижных дверей автобуса.
Супруга уверяет, что для людей он стал героем. Женщины при встрече обнимали, говорили, что переживали и ждали.
У Александра две таксы, их зовут Каспер и Шарки. В честь одной из них он взял кличку в качестве позывного. Это было как связь с домом. На СВО он вёл дневник, который уничтожила «химера» (ракета HIMARS — прим. ред.). Теперь собирается написать книгу о «Вагнере».