Наверняка и у вас есть знакомые, которым портят жизнь нерадивые соседи. Ситуация выглядит вовсе трагичной, когда обычным сахалинцам докучают наркоманы, устроившие в квартире по соседству притон.

Дознаватель островного наркоконтроля Владимир Лукьяненко дал возможность посмотреть на эту проблему изнутри.

УФСКН любит троицу

С начала года островные наркополицейские «накрыли» девять притонов. За организацию и содержание наркопритона возбуждено 8 уголовных дел. Еще по одному притону нарабатывается доказательная база.

– Владимир, давайте сначала определимся с терминологией, что такое притон?

– Притон – это помещение, чаще квартира, где собирается группа лиц с целью употребить наркотики. В советское время притонами называли даже места, где собирались алкоголики. Теперь их связывают только с теми, кто страдает наркотической зависимостью. В законе четко прописано, что притоном считается место, где употребляют запрещенные средства.

В свое время областной наркоконтроль предлагал внести изменения в статью Уголовного кодекса, чтобы притоном можно было назвать квартиру, в которой просто готовят наркотики. Ведь неприятности у соседей возникают в первую очередь, когда за стенкой варят зелье, потребление не сопровождается запахами. Но пока наша инициатива поддержки не получила.

– К чему все эти премудрости? Неужели, чтобы разогнать притон, недостаточно самого факта нахождения в квартире наркоманов?

– Недостаточно. Чтобы ликвидировать притон, мы должны доказать, что здесь люди собираются регулярно, что они потребляют наркотики и т. д. В противном случае процесс избавления от неприятного соседства может существенно затянуться. Гуманные законы в данном случае преступникам только на руку. В моей практике было дело, когда в квартире никто ничего не потреблял, зато там была целая нарколаборатория по производству зелья из семян мака. Сырье вываривали в растворителях, от главного из этой шайки разило ацетоном за версту. Представляете, каково было бедным соседям? Мы приезжали, но признаков притона не обнаруживали. Приходилось идти в обход – привлекать по другой статье, искать для этого доказательства.

– А притоны прикрывать проще?

– Не проще. Чтобы собрать необходимую базу, сотрудник наркоконтроля должен организатора притона с его дружками застать на месте преступления не менее трех раз. Около десяти лет назад достаточно было одного раза (плюс показания свидетелей), позднее, после внесения поправок в Уголовный кодекс, – двух. С одной стороны, это усложняет нам работу, с другой же – наркоману дается шанс самостоятельно решить проблему со своей зависимостью и встать на путь исправления. У нас такие случаи бывали: выгребешь их из притона – и забудешь об этом адресе. Значит, «завязали».

– Может быть, просто поменяли место «дислокации»?

– Я их почти всех в лицо знаю. Большинство из них рано или поздно сядут в тюрьму. Это лишь вопрос времени.

Так выглядит дворик в 9 микрорайоне города Южно-Сахалинска. Здесь в хорошую погоду собираются молодые мамы с колясками. По этой тропинке, сокращая путь, идут в школу дети (рядом расположены общеобразовательные школы №21 и №22). Слева виден забор, ограждающий территорию детского сада «Загадка». Вечером малыши, которых родители забирают из сада, с удовольствием катаются на установленных здесь качелях. Жильцы многоэтажек спального микрорайона уже перестали удивляться валяющимся повсюду шприцам.

– Организовывают ли притоны в съемных квартирах? Можно ли опасаться тем, кто сдает жилплощадь?

– Притон в арендуемой квартире – это, скорее, исключение из правил. В основном для этих целей используют собственное жилье. Иногда умудряются собираться в квартирах, в которых, кроме хлебосольного организатора, живет и его родня. Каких только ситуаций я не повидал: мама – на работу, а великовозрастный детина тут же собирает друзей-товарищей. Перед приходом родительницы все расходятся, помещение проветривается, улики скрываются. И вот пойми, то ли действительно мать не догадывается, что здесь происходит, то ли делает вид? Однажды одна мамаша доказывала наркополиции, что ее сына не за что арестовывать. По ее мнению, то, что он с друзьями регулярно «торчит», – дело личное и никого волновать не должно.

– Собственной оперативной информацией вы пользуетесь, чтобы вскрыть притон?

– Есть такая возможность. Но чаще достаточно информируют соседи, которые уже просто не могут жить в этом аду. 90 проц. всех ликвидированных нами наркопритонов – их заслуга.

Сила с волей есть, силы воли нет

– На что идут наркоманы, чтобы избежать наказания?

– Их изобретательность иногда просто поражает. Вот недавно было дело в рассмотрении – притонщики скрытую камеру повесили в коридоре общежития. Попасть в «нехорошую квартиру» нам было очень сложно. По закону мы ведь не имеем права ломать двери до того, как будет на то санкция суда. А для возбуждения дела необходимо собрать достаточно доказательств. Замкнутый круг. Мы проникаем в притон лишь тогда, когда двери открывают новые его посетители либо те, кто, наоборот, решил отлучиться.

– Вы проникли внутрь, "взяли" главного. Как проходит его допрос?

– Кто оказывается у нас на допросе, сдают всю свою шайку тут же и без сожаления. Не потому, что мы их тут пытаем, нет. Им элементарно становится плохо физически, они не могут долго без наркотиков. Вам любой медик скажет, что настроение у наркозависимого человека в такие моменты не располагает к конструктивному диалогу. Через полчаса они подавлены и говорят правду, лишь бы их быстрее отпустили. Медицинское освидетельствование у всех, кто попадает к нам, подтверждает наличие в крови тех или иных запрещенных веществ.

– Если все же недостаточно доказательств организации притона, чем грозит преступнику сам факт потребления, который подтверждается медицинским анализом?

– Штрафом от 4 тыс. рублей либо арестом до 15 суток. Совсем свежее изменение в законе (от 25 мая) – впредь потребителям будет грозить арест до месяца. Придется ли сидеть наркоману на нарах или будет возможность отделаться штрафом – в каждом случае решает мировой судья.

– Какое наказание предусмотрено организатору притона?

– Хозяину «нехорошей квартиры», который и выступает организатором, грозит срок до 4 лет. Но опять же, учитывая гуманность наших законов, редко кому удается заработать такое серьезное наказание. Судом учитываются явка с повинной, наличие на иждивении детей и проч.

– Обязательно ли главный в притоне – наркозависимый?

– Нет. Помню одного такого. Царствие ему небесное. Алкоголиком был. Пускал ребят за чекушку. Но это, скорее, исключение из правил. Чаще притонщики – зависимые люди, которым для того чтобы завязать, нужно сделать над собой неимоверные усилия.

Добровольно-принудительно

– Но их же лечат…

– Лечат. Сейчас судья может обязать наркомана реабилитироваться (пройти курс лечения или встать на учет в наркологии), трудоустроиться и т. д. Неисполнение решения суда влечет за собой замену мягкого наказания на более суровое. А уже с конца мая подсудимый сможет выбирать – воспользоваться ему предоставленной отсрочкой и пролечиться или же сразу сесть. Хотя это не распространяется на организаторов притона, на продавцов наркотиков и проч. Им поблажек нет.

– Сегодня на любом столбе легко найти информацию о каких-то частных реабилитационных центрах, медуслугах, помогающих снять абстинентный синдром. Отчаявшиеся родственники ищут любые пути спасения близкого человека. А как проходит традиционное лечение и эффективно ли оно?

– В клиниках им ставят капельницы, борются за общее улучшение состояния, уменьшение интоксикации. После с зависимыми работают психологи, используют трудотерапию, пытаются их социально реабилитировать. Но я твердо убежден в том, что без сильного желания «завязать» все эти меры бессмысленны. Человек сам должен переломить себя. А традиционная медицина ему в этом поможет. Волшебной пилюли, приняв которую можно избавиться от любой зависимости, к сожалению, еще не придумали.

наркотики наркоконтроль

Авторы:Администратор Администратор

Понравилась статья?

по оценке 5 пользователей

Читайте sakh.online