Первое место за «змееву невесту»: может ли сахалинский писатель жить на гонорар

— Какая литература тебе нравилась в детстве? 

— С ранних лет я увлекалась сочинительством — придумывала и записывала сказки. Это занятие завораживало меня. Помню, в те времена существовала газета «Остров сокровищ», и мои работы там публиковали. Этот опыт в значительной степени повлиял на мое будущее — я решила связать жизнь с журналистикой.

Чтение тоже занимало важное место в моей жизни. Я была ненасытным читателем, особенно в младшем школьном возрасте. Помню, как в 1–3 классах брала в библиотеке сразу целую стопку книг и уносила их домой на неделю. У меня были особые привилегии — мне разрешали брать больше книг, чем другим детям. Некоторые произведения я прочитывала буквально за день, особенно если они были не слишком объемными.

Я научилась читать в четыре года. Мои родители были очень заняты: мама работала заведующей производством в ресторане, а папа — бригадиром на стройке. Бабушка тоже была при деле. Чтобы я не мешала им, меня рано научили читать — так у меня появилось собственное увлекательное занятие.

Среди книг, которые произвели на меня сильное впечатление в детстве, особенно выделяются «Приключения Алисы Селезневой» Булычева и «Хоббит, или Туда и обратно» Толкина. Эти произведения буквально перевернули мой внутренний мир и заложили основу моей любви к фэнтези. Даже после окончания филологического факультета я считаю, что многие книги стоит перечитывать во взрослом возрасте — с накопленным жизненным опытом они открываются с новой стороны.

— Когда ты начала писать? 

А свою первую рукопись я создала во время пандемии COVID-19. Самоизоляция стала настоящим испытанием для всего человечества. Люди искали разные способы отвлечься от тревожных мыслей и реальности. В наших семейных отношениях самоизоляция не вызвала конфликтов, но возникла потребность в новом занятии.

Да, я не сидела постоянно дома, так как работаю журналистом — выезжала на задания, брала интервью, обновляла новостные сайты. Но после рабочего дня оставалось чувство неудовлетворенности — выйти некуда, заняться нечем, А я всегда отличалась деятельным характером и не выносила безделья — оно порождало у меня апатию. Просмотр сериалов и телепередач не привлекал, и я решила вернуться к своему детскому увлечению — писательству.

Я вспомнила, как в юности сочиняла истории, и решила попробовать свои силы в создании более масштабного произведения. В интернете я увидела, что многие делятся своими творениями, и подумала: «Почему бы и нет?» Так начался мой литературный марафон. В течение полутора лет я усердно работала над романом, придерживаясь строгого распорядка — ежедневно писала по 5 000 знаков. Я убеждена, что вдохновение — это не повод для бездействия, а результат регулярной работы. Только дисциплина позволяет добиться значимых результатов.

Единственный период, когда я прервала работу над романом, — это время, когда сама заболела COVID-19 и столкнулась с серьезными проблемами со здоровьем. Но как только состояние стабилизировалось, я вновь вернулась к своему труду. В итоге за полтора года я создала роман, который насчитывал более миллиона знаков. В определенный момент я осознала, что мои труды доступны в интернете, распространяются через пиратские ресурсы, но при этом у них все же есть читатели. Это стало для меня важным открытием и придало уверенности.

— Как появились первые читатели?

В 2022 году я продолжила писать, любимое дело помогало отвлечься от тревоги за близких и земляков. В сети я наткнулась на совет создать собственное сообщество, подобно группе во «ВКонтакте». Система рекомендаций там работает весьма эффективно. Там же попалась реклама писательского сообщества, где люди объединялись для совместного творчества. Это оказалось весьма вдохновляющим опытом: хоть писательский марафон и не принес мне ожидаемых результатов, он подарил мне коллег, многие из которых стали друзьями. Мы общаемся до сих пор, помогаем друг другу, радуемся чужим успехам. И даже когда еду в отпуск через Москву, стараюсь встретиться с этими ребятами вживую.

Конечно, семья всегда меня поддерживала, но, когда ты выбираешь нестандартный путь или необычное хобби, окружающие нередко этого не понимают. Пока не вышли бумажные книги в крупных издательствах, люди, узнав о том, что я пишу фэнтези и романы про любовь, фыркали: «Это от безделия! Да и толку с этих твоих пописулек, они же не приносят ни денег, ни славы!» Но люди разные, и у каждого свой путь.

У меня богатый опыт в области благотворительности. Я работала в интернате, занималась проектами, связанными со стариками, и получила в свое время множество наград за эту деятельность. Но главной наградой считаю общение с очень разными людьми и истории, которые слушала регулярно. Без шуток, каждая достойна лечь в основу романа! Многие читатели отмечают, что мои персонажи живые, реалистичные, «дышат». Думаю, во многом это результат как раз плотного общения с подопечными. В моих историях часто встречаются мудрые старики — я искренне люблю пожилых людей и знаю, о чем пишу.

Мой путь от участия в писательском сообществе до знакомства с широким кругом читателей был непростым. Я не отправляла свои работы в издательства, но мне, похоже, повезло: несколько факторов сложились воедино: был минимальный пул читателей, которые мне доверяли (пришедшие из соцсетей), а потом неожиданно взлетела тема народного фольклора, национальной культуры и самоидентификации, которая мне очень близка. Я помню еще времена, когда западные мифы считались априори более интересными, чем наши, и очень радуюсь, что сейчас пошел разворот в обратном направлении.

 — Почему выбрала именно старославянскую тему? 

 Я изучала его, пусть и не на профессиональном уровне, но как филолог, прочитавший множество книг, в том числе труды советских академиков и авторов XIX века. Эти работы часто служат основой для современных исследований.

Нельзя забывать об истории и этнографии. Есть проблема: часть славянской мифологии была придумана в XVIII веке учеными, ориентировавшимися на иноземную культуру. Среди них, кстати, всем известные Ломоносов, Глинка и многие другие – люди, внесшие огромный вклад в развитие российской науки, но ставшие невольными заложниками моды на все западное. Греческая и римская мифология пользовались большим уважением, а отечественные традиции недооценивались. В результате появились, к примеру, такие божества, как Лада и Леля, которых не было в изначальном пантеоне. А уж про деление мира на Явь, Навь и Правь, выдуманное в 90 годах прошлого столетия, и говорить не приходится – это чудовищно безграмотный новодел. Ни Яви, ни Прави в славянском фольклоре не существовало! А навьями (навьими тварями) называли враждебно настроенных к людям покойников (именно злых, потому что были еще Родители, Деды, или Дзязды у белорусов и т.п. – наши мудрые предки, к которым живые потомки зачастую взывали в трудную минуту, обращались за подсказками, советами, и поминали в определенные дни).

А вот низовой фольклор, который на который начали обращать внимание примерно с XVII века, у восточных славян более известен. Он чрезвычайно интересный, богатый, имел свои особенности чуть ли не в каждой деревне. Конечно, народ знал одних и тех же персонажей – домовых, банников, леших… Но отношение людей, к примеру, в Полесье и Байкальской Сибири к ним отличалось.  

В интернете можно встретить множество недостоверной информации о народных традициях и обрядах. Например, говорят о Велесовой ночи, хотя в традиционном календаре наших предков такого праздника не было. Еще часто осуждают так называемые ритуальные бесчинства вроде масочного разгула на Святки, называя «чертовщиной» и «бесовщиной», но на самом деле это древнейшие ритуалы, они идут с архаичных времен и имеют глубокий смысл. Ведь для наших предков мир за околицей был живым и полным опасностей: в лесу поджидал леший, который мог увести корову или похитить девушку, в поле — полудница, которая могла до смерти навредить тем, кто работал в солнцепек. И у гуляний ряженых была важная защитная функция – показать опасным потусторонним созданиям, что в этой деревне уже есть своя «нечистая сила», сюда ходить не надо. Современному человеку, конечно, эти умозрения кажутся наивными, но не стоит осуждать предков. Жизнь в постоянном тяжелом труде, с чудовищной детской смертностью, с болезнями, от которых не было действенных лекарств, с произволом богатеев неизменно накладывала свой отпечаток. Я видела в фольклорных сборниках заговоры от лютости барина или сборщика налогов, например. Как думаете, от хорошей жизни такое могло сочиниться? Неудивительно, что в ход шли даже самые, казалось бы, дикие и опасные способы от избавления от той или иной проблемы.

Поэтому не устану повторять – никогда не осуждайте предков и их традиции, мы ведь благополучно живем, мы не были в их шкуре. Попробуйте изучить их быт, их нравы и понять, почему они верили и в Бога, и в духов местности вроде лешего, и на всякий случай почитали и тех, и других. Фольклористы и по сей день собирают былички — рассказы, что преподносятся как правдивые истории о событиях, якобы произошедших с реальными людьми. Например, кто-то мог сообщить, что его дед видел лешего в лесу, огромного, как елка. Конечно, такие истории невозможно подтвердить научно, но люди в них искренне верили.

— Почему твои книги стали печатать крупные издательства?  

В группе в соцсетях у меня сформировалась аудитория — а для автора это крайне важно. В современном мире книги уже не являются предметом первой необходимости, и издательства предпочитают работать с авторами, у которых уже есть читатели. Так больше шансов продать минимальный тираж.

Сначала я выпустила несколько книг небольшими тиражами в московской типографии. Потом начала работу над рукописью в жанрах славянского фэнтези и янг эдалта (молодежная литература) под названием «Змеевы невесты», с которой мне несказанно повезло получить консультацию у самой Марии Васильевны Семеновой, чудесного автора, стоявшего у истоков художественных книг в славянской тематике, выходивших в России.  Она дала несколько очень ценных советов, и я как раз занималась переделкой текста, когда узнала о конкурсе на литплатформе «Литрес», где искали молодежную книгу с элементами волшебства. Главным призом был выпуск иллюстрированного романа в издательстве «Феникс».

У меня в основе истории лежал архаичный, еще дохристианский миф о жестоком змее и красивых девицах, которых ему регулярно жертвовали, чтобы гад не лютовал и не жег деревни. Сюжет строится вокруг того, как девушки восстали против страшной традиции, и с помощью воинов и сказочных существ расправились со злодеем, заявив, что не позволят «гадам» топтать их родину.

«Литрес» — крупнейшая в России платформа для авторов. Конечно, я страшно переживала, чего уж греха таить. К своему удивлению, сначала попала в лонг-лист, а затем и в шорт-лист. Всего было около 300 заявок, в лонг-лист вошли чуть больше 20 человек, а в шорт-лист — всего шесть. Среди моих конкурентов были и достаточно известные писатели, чьи бумажные книги выходят немалыми тиражами. Я же успокаивала себя тем, что мою книгу хотя бы заметят. Ведь финалистов крупных конкурсов просматривают представители разных издательств.

Победа стала настоящим потрясением. Быстро заключили договор, а вот печати романа прошлось ждать пару лет. Ну ничего, оно того определенно стоило. Тираж составил 3 000 экземпляров, и продается, по словам представителей издательства, очень неплохо.

 — А что было дальше, после победы в конкурсе?

Я поняла, что нужно двигаться дальше и начала искать крупные литературные курсы. В литинститут поступить не решилась, заочку просто бы не потянула и по времени, и по силам. И мне порекомендовали «Мастер текста» от «Астрель-СПб» (холдинг АСТ), где занятия вели писатель и главный редактор Александр Прокопович, и Александр Мазин, человек, стоявший у истоков жанра приключенческого фэнтези в России. Учеба была очень серьезной, насыщенной, с домашними заданиями, но и награда того стоила – лучших приглашали в творческую лабораторию при издательстве и буквально «за ручку» доводили до печати собственной книги. И мне с еще тремя потрясающими авторами повезло попасть в эту лабораторию.

Параллельно начала писать новую историю под названием «Лешакова невеста» – фольклорную, но с романтикой и любовью, уже на основе быличек о лешем, которых по этой тематике изучила и переработала больше сотни. Там девушка, ляпнув в сердцах деревенским обидчикам, что скорее станет невестой лешака, чем свяжется с такими дураками, сама накликает себе на голову беду. Но и леший непрост: он человек, украденный еще ребенком (а в быличках такое встречалось сплошь и рядом), и задача героини – избавить его от проклятия и вернуть в мир людей.  

Действие истории разворачивается примерно в XIV–XV веках — время, когда уже были набеги степняков, случилось нашествие хана Батыя, но период зависимости от Золотой Орды практически сошел на нет. Конечно, все локации (города, деревни) вымышленные, но деревенский быт, традиции и обычаи вплоть до обряда сватовства я постаралась показать максимально правдиво. Поэтому книгу можно читать как романтическую фантастику со славянским уклоном – а можно и как фольклорную мистику с достоверным бытом. Книга под названием «Тайна проклятого дара» в прошлом году вышла в серии «Славянская мистика», и сейчас тираж почти раскуплен.

Надо сказать, что в народных поверьях леший не всегда изображался злобным, об этом говорил и величайший антрополог, лингвист, краевед, исследователь фольклора Д. К. Зеленин: «По сравнению с другими представителями нечистой силы леший самый чистый из них и по своей природе ближе всех к человеку»(с). Да, он мог подшутить, порой жестоко, но до того, чтобы причинять серьезный вред, как это иногда делали домовые или другие духи, дело не доходило. Однако существовало твердое убеждение: ни в коем случае нельзя говорить ребенку «иди ты к лешему», потому что это могло привести к тому, что леший действительно заберет его.

Сейчас работаю над двухтомником «Медведь и вороненок», это тоже фольклорное романтическое фэнтези, но уже на быте России XIX века. Эдакой купеческой, набожной, с постами, с ярмарками и балами. Очень люблю наши традиции, хочется писать про них все больше и больше. Вдохновляюсь во многом классиками, такими, как Иван Шмелев (обожаю его «Лето Господне»), трудами Николая Гоголя, Ивана Тургенева, Алексея Константиновича Толстого.

— Можно ли жить только на гонорары от книг?

Обычно авторы получают от 8 до 12 % от себестоимости книги, а не от ее рыночной стоимости. Топовые авторы с многотысячными тиражами могут рассчитывать на 20 %. Жить за счет писательского труда непросто, это удается лишь тем, кто уже добился большого успеха и признания.

А вот на электронных книгах, которые выкладываются на литпорталах по подписке (ежедневными кусочками-продами), можно зарабатывать хорошо, знаю достаточно людей, которые живут именно «с пера». Но такой путь не для меня, он приводит к творческому выгоранию. К сожалению, видела и примеры, когда коллеги в погоне за быстрым заработком теряли здоровье. Поэтому пишу по вечерам, обычно после 20.00, естественно, не в ущерб работе. И выкладываю на литпорталах уже написанные книги.

Конечно, режим дня у меня своеобразный, основная работа по стандартному графику и вечерние 2-3 часа на творчество: других увлечений у меня практически нет, вдобавок я вообще не смотрю телевизор, не увлекаюсь сериалами и компьютерными играми, просто некогда. Честно говоря, считаю, что ничего не теряю. А вот двигаюсь меньше, чем нужно, поэтому стараюсь ежедневно хотя бы делать гимнастику, а по выходным долго гулять.