«Кто, если не я»: сахалинский тренер по адаптивному спорту рассказала, как нашла дело жизни

Тренер по адаптивному спорту Оксана Новик — человек, который не просто работает с детьми с особенностями здоровья, а живет этим делом. В интервью Sakh.online она поведала о своем пути, вдохновении, личных испытаниях и о том, почему, несмотря на сложности, не уходит из профессии.

 — Оксана, с чего начался ваш путь?

— Я родилась в Южно-Сахалинске, окончила школу № 12 — сейчас это кадетская школа. По образованию я педагог-психолог, позже окончила академию физкультуры — стала тренером по адаптивному спорту. Также училась в педагогическом училище. Но мой путь — это не только про образование. Это про жизнь, которая сама привела меня туда, где я сейчас.

Сейчас я работаю в двух организациях — бассейне Спортшколы по плаванию Южно-Сахалинска и Спортивной школе зимних видов спорта.

 — Почему вы выбрали именно адаптивный спорт?

— Это связано с личной историей. Я сама пережила серьезную травму после аварии и восстанавливалась очень долго — около восьми лет. С каждым годом становилось только хуже, и это подтолкнуло меня глубже изучать медицину. Я поехала в Китай, занималась медициной и цигун, была шесть раз в Шаолине. Все это помогло мне восстановиться — и я захотела помогать другим. Так я пришла к детям.

— Медицина помогает в работе?

— Очень. Я окончила медицинский институт в Пекине, и эти знания не раз спасали людей. Были случаи, когда я помогала пассажирам в самолете и поезде — буквально возвращала их в сознание. Нас учили определять состояние человека по пульсу и работать с точками. В работе с воспитанниками это тоже важно — чувствовать их состояние, понимать, что происходит.

— Как вы выстраиваете работу с учениками?

— У меня всегда индивидуальный подход к каждому. Я не работаю по шаблону. Я смотрю на человека, понимаю, что ему важно, и уже через это выстраиваю мотивацию. Кого-то мотивирую перспективой — например, говорю, что помогу с работой. С кем-то много разговариваю. Был у меня ученик, который сильно пил. Я с ним долго беседовала, приводила примеры, в том числе из его жизни — объясняла, к чему это может привести. Другому важно было личное — он переживал, что у него нет девушки. Я объясняла, что все придет, что его обязательно оценят. Я стараюсь говорить с учениками на их языке, направлять их энергию в правильное русло.

— Есть ли история в вашей работе, которая особенно вас вдохновила или тронула?

— Один из самых трогательных моментов был, когда я сломала ногу. Мои ученики — дети из интерната — пришли ко мне домой с тортом. Представляете? Девочка с ДЦП, которой трудно ходить, поднялась на пятый этаж и сказала, что это ничего, а вот мне, мол, тяжело. Это было до слез. Тогда я поняла: я точно на своем месте и для меня это больше, чем просто работа.

— С какими трудностями вы сталкиваетесь в профессии?

— Главная проблема — это зарплата. Когда я пришла в профессию, получала 15 тысяч рублей. Сейчас — около 58 тысяч в Спортивной школе олимпийского резерва зимних видов спорта. Но с учетом инфляции это почти то же самое. При этом у меня почти 100%-ная посещаемость, и каждому ребенку нужно уделить внимание. Это невозможно делать «по часам», как сейчас оплачивается работа. Честно, иногда кажется, что труд просто обесценен.

— При этом ваши воспитанники показывают хорошие результаты?

— Да, у них много медалей, наград. Но при этом не всегда есть возможность выезжать на соревнования — ездят одни и те же команды. Это, конечно, обидно, но я стараюсь не тратить силы на борьбу с системой — просто работаю дальше.

— Бывают моменты, когда опускаются руки?

— Конечно, особенно вначале. Были дни, когда приходила и думала: «Зачем все это?». Но потом появлялась мысль: «А кто, если не я»?

Это, наверное, мой внутренний девиз. Мне часто говорят: «Зачем ты тратишь личное время? Можно просто отработать и уйти». Но я понимаю, что с этими детьми так нельзя. Чтобы был результат, нужен комплексный подход — не только тренировки, но и общение, поддержка, совместные поездки, выступления.

— Меняет ли спорт жизнь ваших воспитанников?

— Очень сильно меняет. Они становятся спокойнее, более дружелюбными. Плавание помогает детям с ОВЗ социализироваться и развиваться. Родители сами это отмечают.

Например, мама одного ребенка с аутизмом рассказывала, что он стал более открытым, начал лучше общаться. Многие воспитанники стали более самостоятельными — могут сами добраться домой, лучше следят за собой, даже внешне меняются.

— Насколько сегодня развит адаптивный спорт на Сахалине?

— Считаю, что у нас в регионе хорошие условия. Многие секции бесплатные — можно заниматься плаванием, самбо, лыжами. Мои воспитанники, например, сейчас ходят и в другие секции. Но они уже подготовленные — с нуля это сложнее.

— Доступна ли сейчас спортивная инфраструктура для детей с ОВЗ?

— В целом — неплохо. Есть доступные площадки, тренажеры, парк адаптирован. Но если говорить про людей на колясках — не везде удобно. Хотя, если сравнивать с другими регионами, у нас ситуация лучше. 

А еще на Сахалине в прошлом году открыли региональное отделение Всероссийской федерации спорта лиц с интеллектуальными нарушениями (РО ООО ВФСЛсИН).

 — Чего не хватает в этой сфере?

— Выездов. Очень не хватает возможности чаще участвовать в соревнованиях за пределами нашего региона.

— Что вы чувствуете, когда ваши ученики добиваются успеха?

— Это, конечно, огромная гордость. И за них, и за себя. В какой-то момент я вдруг осознала: я действительно специалист высокого уровня. Раньше мне это говорили другие, а я не до конца верила. А сейчас понимаю — да, это так.

Уже около восьми лет мы стабильно занимаем призовые места на соревнованиях. Нас даже ведущие отмечают — что команда всегда в числе лидеров. Но главное — не медали. Главное — какими они становятся.

Буквально на днях был показательный случай. Ко мне привели подростка — ему почти 18, он панически боялся воды. Даже просто опустить лицо в воду для него было стрессом. И мама у него тоже не умеет плавать, хотя когда-то занималась в бассейне. И вот мы начали работать. Потихоньку, без давления. В какой-то момент он смог оторвать ноги от дна, поплыл — и даже не сразу понял, что у него получилось. А мама стояла на берегу со слезами на глазах. Она не верила, что это возможно.

И вот это — самое важное. Очень часто родители не верят в своих детей. А я всегда стараюсь быть на стороне ребенка. Поддержать, поднять самооценку. 

Бывает, конечно, и сложно. Работа с родителями — это отдельная история, иногда она даже сложнее, чем с детьми. Но без этого результата не будет.

— Чему вас научили ваши ученики?

— Безусловной любви. Принятию. Состраданию. 

Я думаю, что с ними я раскрылась и как педагог, и как человек. И даже творчески — через постановки, номера, выступления. Через них я реализую то, на что раньше сама не решалась.

Недавно мы поехали на чемпионат и первенство ДФО по плаванию среди лиц с поражением опорно-двигательного аппарата в Хабаровск — и сразу привезли медали. Мой ученик Алексей Гридяев взял два золота и серебро. Это показывает уровень, но таких поездок должно быть больше.

— Как бы вы описали адаптивный спорт одним словом?

— Жизнь. Потому что это не просто работа. Это то, чем я живу.