Профессор НИУ ВШЭ рассказал, как на Дальнем Востоке и Сахалине справились с пиком топливного кризиса

Спикер сообщил, что последние две недели провел в командировках по Хабаровскому и Камчатскому краю, Кировской и Московской области, побывал в Республиках Татарстан и Удмуртия. Отметил, что ситуации в регионах совершенно разные в связи с наличием или отсутствием собственных участков добычи, нефтепереработки, объемами выработки нефтепродуктов на фоне атак БПЛА и пр. Вне зависимости от перечисленных факторов Башаров выдвинул на первое место правильные управленческие решения, которые не только вовремя выработаны, но и реализованы.

«В Кирове НПЗ нет, нефти нет, а топливо есть. Возникает вопрос, почему? — А потому, что очень многое зависело от губернатора. В текущих реалиях это тот самый центр принятия решений, который должен был всех собрать, раздать поручения, убрать препятствия. Знаю, что губернатор Кировской области лично звонил руководителю одной из крупнейших нефтяных компаний России и убеждал его, как нужно сделать, и те прислушались. Весь этот кризис, пик которого, я считаю, уже позади, — в целом, проверка на прочность губернаторской власти. Когда каждый регион решал проблему самостоятельно», — рассказал эксперт.

А самостоятельно нужно было не только отрабатывать цепочку логистики и обеспечивать своевременные поставки, но и бороться с многочасовыми и ночными очередями, «бить по рукам» владельцев АЗС, взвинчивающих цены вдвое, не позволять неизвестным покупать бензин цистернами и вывозить его на глазах удивленной публики в пластиковых контейнерах.

В целом, Баширов положительно отозвался о пройденном пике на Дальнем Востоке и в Сахалинской области — здесь названных проблем и не возникло. В том числе благодаря содействию команды полпреда Юрия Трутнева.

«Я знаю губернаторов, которые говорили: народу все равно, как я это решение приму, ему надо, чтобы топливо было. Да, губернатор — не имеет прямого управления над НПЗ, оперативными службами, федеральными службами, но я считаю, что полномочий хватает. Тогда решается тот самый вопрос доверия, и все говорят: «Да, правильного мужика, или правильную женщину избрали на пост главы этого региона. Вот как рождается доверие и проверяется», — пояснил Баширов.

«Некоторые эксперты, в том числе, можно сказать, что и я, придерживаются такого мнения: у нас губернаторы на фоне этого кризиса попали в некую ловушку, когда у них вроде бы ответственность перед населением есть. И они уже не могут сказать людям, что, слушайте, это не совсем мои полномочия. Так, может быть, 10, 15, 20 лет назад можно было отговориться, это не мои полномочия, как чиновника, поэтому я не буду этим вопросом заниматься, или это не мое дело. Сейчас же времена другие: у людей четкое понимание, что губернатор за все отвечает буквально — и за трубы, которые в подвале текут, и за то, что у него на заправке есть топливо, притом, что губернатор не руководит нефтеперерабатывающими заводами, НПЗ не в собственности регионов в принципе. Тем не менее, эти вопросы для людей вторичны. Им же главное — результат, если у них есть проблема, то они в первую очередь смотрят на кого? Конечно же, на высшее должностное лицо любого региона, которое, в их понимании, должно эту повестку тянуть и решать, да, какие-то полномочия, какие-то механизмы есть у губернаторов, конечно», — подчеркнул политолог Николай Литус.

Полномочий на Дальнем Востоке хватило даже на помощь центральным регионам страны, подчеркнул профессор. В макрорегионе подобрался довольно сильный губернаторский корпус. Также руководители субъектов, согласно кадровой политике президента.

«Такая кадровая политика президента Путина идет с 2010 года. Вот я наблюдаю, она, знаете, в чем-то стала похожа на ту систему, которая была во времена СССР, там тоже был очень жесткий отсев. То есть сначала очень широким скачком смотрели, кото отбираем, потом шло обучение, тестирование, и вот все меньше, меньше, меньше, меньше, но оставались лучшие. Это снижало резко вероятность кумовства. Затем проверяли людей в реальных каких-то процессах, как он себя поведет, когда вот это испытание властью, деньгами, медными трубами, — завершил политтехнолог. — И сейчас такая аналитическая идет на уровне федерации, чтобы второго топливного кризиса не было. По Дальнему Востоку ездит премьер Мишустин. Вы думаете, он не собирает эту информацию? — Он регулярно проводит стратегические сессии по разным вопросам. От чиновников, бизнесменов, экспертов, аналитиков, и они сидят и рассуждают, а как управлять той или иной очень важной социальной или экономической темой? — Вот такая работа идет, это та самая работа над ошибками. Внимательно смотрят, как каждый регион решал вот эту задачу, связанную с топливным кризисом. Так что к следующей такой ситуации, я вас уверяю, мы будем гораздо более готовыми. И с точки зрения плана действий, и с точки зрения ресурса».

Полную версию интервью смотрите на канале ОТВ Сахалин в проекте Марата Баширова и Николая Литуса «Телемост Сахалин — Москва», 1 выпуск, топливный кризис