Директор Сахалинского театра кукол Инга Костанова: «Наш театр — это диалог со зрителем»

О новом 46-м театральном сезоне

— Инга Анатольевна, новый сезон вы открываете спектаклем «Медея» (18+). Для театра кукол это очень смелый и мощный выбор. Почему именно эта постановка открывает сезон и означает ли это, что театр будет активнее развивать вечерний репертуар для взрослых?

— В вашем вопросе уже скрыт ответ. Смелый, мощный — вот мы и предполагаем, что у нас будет такой сорок шестой сезон. Мы начинаем готовиться к пятидесятилетию театра, поэтому планов очень много. Начинать с «Медеи» — это в некоторой степени вызов самим себе. Да, это спектакль для взрослых, вечерний формат. Но мы и наш зритель готовы к такому разговору.

Помимо этого, мы восстанавливаем спектакль для взрослых, который давно не играли, — пушкинскую «Пиковую даму». Это очень красивая постановка мастера-кукольника, режиссера, народного артиста России Станислава Железкина. В спектакле была занята актриса Чехов-центра, народная артистка России Клара Кисенкова, когда она заболела, играть его было бы неэтично. Девять лет мы не касались этой темы — и вот, спектакль включают в репертуар. Роль Графини исполнит любимая зрителями актриса, заслуженный работник культуры Сахалинской области Марина Смирнова.

С режиссерской точки зрения восстанавливать «Пиковую даму» будут наш художественный руководитель Антонина Добролюбова и актер Александр Котов, который играет Германа. Он знает этот спектакль изнутри до последнего винтика, а также имеет режиссерский опыт.

И конечно, основными в репертуаре театра остаются спектакли для детей. Их будет много, ярких, музыкальных, интерактивных. Кроме того, уже идет работа над премьерными постановками.

— Каких жанровых экспериментов, новых форм или необычных технологий ждать зрителям в этом году?

— Мы давно используем современные театральные технологии, практически в каждом спектакле. При этом, не гонимся за супер трендами ради моды. У нас хороший парк оборудования: видеосендеры, видеопроекции. Ежегодно благодаря федеральной программе «Театры детям» мы обновляем технику. Например, у нас появился 3D-принтер, для печати деталей для кукол — это ускоряет процесс подготовки. 

И все же мы не ставим перед собой задачу ввести технологии ради моды или шокировать зрителя. Позиция принципиальна: кукольный театр должен быть безопасным пространством.

— Планируете ли в 46-м сезоне сотрудничество с другими известными режиссерами и художниками из России и из-за рубежа?

— Обязательно. Театр жив только тогда, когда в него приходит свежий воздух. К нам приедет Игорь Казаков из Минска. Это востребованный режиссер в мире кукольников, он ставил у нас «Бешеные деньги». Спектакль пользуется большой популярностью. Сейчас мы рассматриваем тему Дон Жуана. Вероятно, это будет комедия для взрослого зрителя.

Также с Сахалинским театром кукол продолжат работать блестящие театральные художники: Лариса Микина-Прободяк (Рязань), Варвара Прободяк (Санкт-Петербург), магию света, как и прежде, будет помогать нам создавать Елена Древалева из Москвы.

Нам всегда интересно смотреть, как работают другие театральные школы, используются еще неизвестные для нас технологии создания бутафории и декораций. Но мы не только учимся у мастеров, многие приезжие художники говорят, что у нас очень сильные специалисты.

Стратегия развития театра

— Если сформулировать глобальную миссию Сахалинского театра кукол на ближайшие 3–5 лет — какая она? К чему стремится театр — нарастить число зрителей, постановок в афише, гастролей или, может, открыть вторую сцену?

— В программе развития миссия театра сформулирована очень четко: формирование культурного пространства, повышение интеллектуального и эстетического уровня подрастающего поколения, пропаганда духовно-нравственных ценностей. Другими словами — воспитание через искусство. Мы первый театр, куда приходит ребенок, и опыт этой первой встречи останется с ним навсегда. Поэтому милосердие, дружба, взаимовыручка — основа любого детского спектакля. Для взрослых темы звучат сложнее — например, спектакль «Убить Бобрыкина» просто кричит о фатальности равнодушия, ревности, одиночества, рассказывает о хрупкости детства, принятия, любви.

Что касается инфраструктуры — да, мы мечтаем о втором здании. Существующий зал невозможно расширить физически, стены не раздвинешь. Малый зал вмещает всего 41 место, а репетиционный, где мы играем «бэби-спектакли», — около тридцати. Мы ищем помещение хотя бы под малый зал на сто мест. Возможно, через несколько лет город сможет передать нам подходящее здание, например, Центр технической информации. Пока же мы расширяем охват за счет выездов и гастролей.

Баланс между репертуаром для детей и взрослого зрителя держится как 75% и 25%. Обычно две премьеры в сезон для детей, одна – вечерний показ. Без взрослого зрителя нельзя. Публика меняется: активнее ходят папы с детьми, больше стали смотреть спектакли всей семьей.

— Специфика Сахалина, оторванность от материка накладывает свой отпечаток? Есть ли потребность перенимать опыт у коллег?

— Безусловно, оторванность ощущается. Во-первых, логистика. Спектакли на материке имеют гораздо больше транспортных решений, нам же в любом случае необходимо использовать авиа и паромную переправу. Это дорого, поэтому выбраться получается максимум раз-два в год.

Во-вторых, материалы. Сейчас мы обновляем спектакль для малышей «Первый снег», и нам понадобился белый фетр. Это специфический материал, на Сахалине его просто нет ни в каких объемах, а хотелось бы, чтобы снег все же был белым, а не серым. Нашли поставщика на материке, привезли, будем реставрировать, но это сроки и стоимость.

В-третьих, кадры. Проблема кадров острейшая для всех театров кукол России. На Дальнем Востоке артистов-кукольников нигде не готовят, учат в Ярославле, Нижнем Новгороде, Санкт-Петербурге, что безусловно влияет на выбор молодым артистом театра, в котором он хотел бы служить. 

Гастроли, проекты

— В рамках проекта «Большие гастроли» театр активно путешествует. Какие города увидят ваши постановки в этом сезоне и чем вы планируете удивить материкового зрителя? 

— В октябре Волгоград примет нашу программу. Мы везем четыре спектакля: два для детей, два для взрослого зрителя. И пусть для многих театров кукол в России взрослый репертуар — табу, поскольку они боятся не собрать зал, мы никогда не оставались без зрителя.

Помню, во Владивосток привезли «Медею», местный театр переживал: «Кто пойдет на кукол вечером?». Был полный зал, причем плохих отзывов мы не слышали.

— А как выстраивается стратегия гастролей по районам области и Курильским островам? Смогут ли жители отдаленных уголков увидеть постановки? 

— Сахалинский театр кукол с удовольствием гастролирует по островному региону. Используем каждую возможность! В прошлом году побывали на Шикотане и Кунашире. В апреле этого года побывали в семи муниципальных образований Севера Сахалина. В 46-м сезоне поедем с гастролями по западному побережью Сахалина.

На 2028 год запланирована поездка в Северо-Курильск. Хочется подготовиться, привезти большие, красивые спектакли, многотонные декорации, сложную механику.

— Планируете ли продолжать реализацию проекта «Мысли вслух»? В прошлом году он пользовался популярностью. Есть ли идеи новых проектов? 

— Проект живет! Мы вместе с Центром чтения подавали его на конкурс Президентского фонда культурных инициатив, выиграли грант, провели 27 показов. Отчет сдали без замечаний. Проект ломает барьеры между театром и подростками, учит читать хорошую современную литературу. Продолжим обязательно.

Сейчас думаем о формате «Мысли вслух для взрослых», то есть небольших читках проблемной современной прозы. Пока нащупываем материал, собираем команду специалистов. Это перспектива трех-пяти лет.

Кадровый вопрос и взгляд в будущее

— Возвращаясь к кадрам: есть ли в театре проблема привлечения молодых актеров и узких специалистов на остров? Как ее решают?

— Проблема огромная. Выпускников-кукольников выпускают шесть-семь учебных заведений на всю Россию. Их сразу забирает материк. На Дальнем Востоке кукловодов не готовят, но театр кукол вообще и мы в частности можем работать с артистами драмы. Чтобы набрать опыт, понять природу предмета, они учатся водить куклу у наших мастеров.

В Сахалинском театре кукол служат очень хорошие художники, бутафоры, конструкторы, плотники. Мы постоянно предоставляем им возможность учиться, повышать квалификацию, осваивать новые материалы и технологии. Отправляем на курсы, приглашаем преподавателей на Сахалин.

— Как Вам кажется, как изменился зритель за последние годы? Труднее ли стало удерживать внимание детей, выросших в эпоху гаджетов?

— Дети остаются детьми. Они могут сидеть с гаджетами в фойе, но гаснет свет — и телефоны убирают. Ребенок включается, если ему интересно. Он сопереживает, подсказывает персонажу. Интерактив работает безотказно, например, артист спрашивает: «Куда побежал волк?» — и весь зал в едином порыве присоединяется к истории.

Очень хорошо в театре работают технические спецэффекты. Например, казалось бы, девичья история про рисование «Мы летели на диване» моментально затягивает мальчишек, когда включаются лазерные 3D-проекции. С другой стороны, как бы хорошо не финансировались спецэффекты, талантливая актерская игра остается вне конкуренции. Именно она помогает затронуть каждого зрителя независимо от возраста.

Единственное отличие, которое я обнаружила, — родители стали чаще оставлять детей одних смотреть спектакль. Уважаемые папы и мамы, пожалуйста, ходите в театр вместе с детьми, тем более, не оставляйте их в гардеробе со словами «я заберу после»! Совместное переживание, обсуждение спектакля по дороге домой не менее важно, чем сам просмотр.

Одна мама, побывав на проекте «Мысли вслух» призналась: «Сначала отпустила сына одного, пусть просвещается, а он пришел и начал взахлеб рассказывать. И я пошла в следующий раз с ним!» Вот ради таких моментов мы и работаем.