Эта авиакатастрофа произошла незадолго до новогодних праздников – 18 декабря 1976 года, совсем недалеко от Южно-Сахалинского аэропорта. Самолет ледовой разведки Ил-14, идущий на посадку, столкнулся с горой Острой, которая находится в 12,5 км от авиагавани.

То давнее происшествие выглядело нелепым – видимых предпосылок для него не было никаких. Однако случилось то, что случилось.

Более того, упавший самолет искали несколько дней.

Что же было в тот далекий предновогодний день?

По воспоминаниям Сталия Коняшова, который и сейчас работает в авиагавани областного центра, самолет с бортовым номером СССР 61752 выполнял длительный полет по ледовой разведке, после чего вылетел из Петропавловска-Камчатского в Южно-Сахалинск. В составе экипажа был проверяющий пилот-инспектор Станислав Шевченко, командиром летел Валентин Довиденко. На борту, помимо них и второго пилота Юрия Алексеева, бортмеханика Виталия Потапова, бортрадиста Эдуарда Шелковского, находились два специалиста-гидролога, которые выполняли задание Сахалингидромета, двое ученых из Сахалинского комлексного НИИ (ныне ИМГиГ) и корреспондент Центрального телевидения Кудрин – всего 10 человек.

Ил-14 благополучно долетел до Сахалина, выполнив полет вдоль Курильской гряды. Погода была летная, и никаких сюрпризов не предвещала. От Охотского Ил-14 взял курс на Южно-Сахалинск с набором безопасной высоты 900 метров по указанию диспетчера. Ему нужно было идти в направлении Мицулевки, но вместо этого, чтобы сократить путь, летчики приняли решение взять вправо и зайти на аэродром через горы. Но там, в стороне от заданного курса, уже была облачность. А над Южно-Сахалинском сияло солнце… На высоте около 850 метров Ил-14 вошел в облака, после чего связь с диспетчером прекратилась.

Искать исчезнувший борт стали сразу. Через 15 минут в аэропорту прозвучал сигнал «тревога». На поиски пропавшего воздушного судна первыми бросились работники поисково-спасательной службы. На поиск самолета в районе предполагаемого падения были ориентированы воздушные суда, пролетавшие в том районе. Масштабной операцией руководил секретарь обкома КПСС Николай Смирнов. К ней подключились спортсмены-лыжники, горноспасатели, затем военнослужащие. Поиски продлились трое суток – началась метель. С воздуха ничего не было видно. Поэтому район поисковых работ был достаточно большим – следы падения искали и возле Охотского, и возле Чапаевки, и вблизи Корсакова.

В поисках и в работе комиссии по расследованию довелось участвовать и бывшему работнику Южно-Сахалинского аэропорта Юрию Трифонову. Он-то и сделал представленные здесь снимки с места трагедии.

Как вспоминает Юрий Алексеевич, к уже участвующим в операции подключилась внештатная группа спецназа управления Комитета государственной безопасности во главе с Владимиром Цветковым – легендарной личностью, который принимал потом участие в спецоперациях в Афганистане и других горячих точках.

– Военные несколько раз ходили по склону и не могли ничего обнаружить. Метель основательно закрыла все ориентиры. Учитель физкультуры Юрий Брагин первый обратил внимание на то, что все ходят по одной стороне сопки, – вспоминает Ю. Трифонов. – Он и подал идею: надо бы подняться наверх, а уже оттуда спуститься на две стороны. Так и сделали. И быстро нашли обломки. Они находились с правой стороны склона.

После осмотра места происшествия стало понятно: Ил-14 ударился о скалу левой плоскостью, у него оторвало двигатели. Самолет развалился на несколько частей. Столкновение было очень сильным. Чтобы «перепрыгнуть» Острую, нужно было менее 100 метров… Всех, кто находился в самолете, выбросило на снег. Кто-то погиб сразу, кто-то замерз, поскольку из-за травм не мог передвигаться. Только два научных работника из комплексного НИИ смогли доползти до хвостового отсека самолета и укрыться там. И им удалось дождаться прихода спасателей. По их рассказу, после столкновения признаки жизни подавал второй пилот. А потом затих…

Какова же причина этого происшествия? По мнению С. Коняшова, во-первых, экипаж нарушил схему выхода в зону посадки Южно-Сахалинского аэропорта. А во-вторых, самолет в полете получил сильное обледенение. Происходит оно всегда в облаках, если температура наружного воздуха плюс пять градусов и ниже. Передняя кромка крыла и хвостового оперения покрываются слоем льда, ухудшая аэродинамические качества самолета, уменьшая подъемную силу крыла и увеличивая его сопротивление в полете. Вот и в тот декабрьский день 1976 года сахалинскому Ил-14, скорее всего, не хватило аэродинамических сил, чтобы набрать нужную высоту. Для предотвращения обледенения на самолете и существует противообледенительная система (ПОС). К сожалению, комиссии не обратила внимания на то, была ли включена ПОС в том злополучном полете. И не смогла сделать окончательный вывод – стало ли обледенение подлинной причиной, приведшей к катастрофе.

Наконец, нельзя сбрасывать со счетов и человеческий фактор – в кабине находился проверяющий инспектор, статус которого выше командира экипажа. Вполне возможно, что под его давлением и было решено сократить путь после длительного полета…

КСТАТИ

Публикуемые здесь снимки хранятся в личном архиве Ю. Трифонова. А сохранил он их тайком от тогдашнего КГБ. По долгу службы его сотрудники курировали такие происшествия. Трифонову как фотографу, ведущему летопись аэропорта, было поручено сделать фотографии для поисково-спасательной службы, осуществлявшей поиски. В дополнение к штатному фотоаппарату Юрий Алексеевич взял еще два. После завершения поисков сотрудник управленияч КГБ потребовал у него всю пленку с места трагедии – подобные снимки тогда считались чуть ли не секретными материалами. А он отдал только ту, что была со штатного фотоаппарата. Потом оказалось, что по рукам гуляет немало фотографий разбившегося Ил-14 – некоторые работники аэропорта втихаря снимали место падения на свои фотоаппараты. КГБ устраивало настоящую охоту за ними и теребило Трифонова – не его ли это рук дело...

Автор: Евгений Аверин

Авторы:Администратор Администратор

Понравилась статья?

по оценке 5 пользователей

Читайте sakh.online