Семью с Сахалина, где подменили ребенка, пригласили на шоу «Пусть говорят»
Наталья Степанова вылетела в Москву, чтобы рассказать на всю страну о сломанной жизни родного сына.
История жительницы Корсакова Натальи Степановой станет темой нового выпуска ток-шоу «Пусть говорят» на Первом канале. Сегодня, 3 февраля, женщина вместе с семьей вылетела в столицу для участия в съемках. Сахалинка, которая спустя три десятилетия выяснила, что растила чужого ребенка, решилась на публичную исповедь, чтобы добиться справедливости.
Роковая бирка и «бровки домиком»
Все началось 13 декабря 1989 года в роддоме города Лесозаводска Приморского края. В этот день на свет появились два мальчика. Их мамы — Наталья Степанова и Галина Москалькова — лежали в одной палате, но почти не общались.
В те года практика родов кардинально отличалась от современной. Тогда не существовало правил о немедленном выкладывании новорожденного на грудь матери. Стоит отметить, что женщину не оставляли в родильном зале наедине с младенцем. Как только малыш появлялся на свет и подавал первый крик, его показывали роженице лишь на мгновение, после чего сразу уносили пеленать и проводить необходимые процедуры. Долгожданная встреча с ребенком происходила только через несколько часов, когда его приносили на первое кормление. Именно в этот промежуток времени, пока дети находились отдельно от матерей, и произошла роковая ошибка с бирками, которая навсегда изменила судьбы двух семей.
Сами роды у Натальи прошли нормально. Спустя пару часов к ней заглянула одноклассница, работавшая в том же роддоме, и с умилением сказала: «Наташа, ты такого мальчишку хорошенького родила! Бровки, как домики!». Эти слова молодая мама запомнила на всю жизнь. Когда ребенка принесли на первое кормление, она разглядела те самые бровки и успокоилась.
Странности начались в день выписки. Медсестра, смущаясь, сообщила роженицам: «Девчонки, тут такая заминка… У обоих мальчиков на бирках фамилия Степанов». Персонал тут же заверил перепуганных матерей, что сейчас вызовут бригаду, принимавшую роды, взвесят младенцев и разберутся. Через час детей вернули. Наталье отдали того, кого она кормила последние дни — «красавчика». Второй малыш показался ей чужим, «носатеньким».
«Врачи убедили нас: никакой ошибки нет, все в порядке. Мы и уехали спокойно домой», — вспоминает Наталья.
«Точно не ваш»
Шли годы. Семья Степановых перебралась на Сахалин. Наталья родила еще двоих детей — сына Александра и дочь Дарью. И чем старше становились дети, тем очевиднее была разница. Младшие росли копией родителей: светлые, с похожими чертами лица. Старший, Сергей, был темненьким, смуглым и совершенно другим по характеру.
«Муж частенько шутил, когда Сережа что-то натворит: „Точно не наш сын, подменили его“. Но это были просто шутки, мы гнали от себя дурные мысли», — рассказывает Наталья.
Ситуация накалилась, когда Наталья поехала в Приморье ухаживать за больной матерью. Туда же прилетел взрослый Сергей. В гостях была давняя подруга семьи. Увидев парня, она была в шоке: «Наташа, я ничего не могу понять. Он точно не ваш. Его подменили».
Эти слова заставили Наталью начать собственное расследование.
Поиски в «Одноклассниках»
Доступа к архивам роддома у женщины не было. Она пошла простым путем: вбила в поиске соцсети дату рождения сына, год и город Лесозаводск. Система выдала двух человек. Один был совсем не похож, а вот фотография второго заставила Наталью застыть.
«Я сидела, меня бросало то в жар, то в холод. С экрана на меня смотрел мой муж в молодости. Те же глаза, та же улыбка, даже ямочки на щеках», — вспоминает женщина.
Парня звали Андрей Москальков. Наталья нашла в его «друзьях» маму — Галину. Это была та самая женщина из палаты. Сомнений не оставалось. Наталья показала фото мужу и младшим детям — все в один голос заявили, что парень на снимке — вылитый отец.
Наталья написала Галине. Та сначала не поверила, но после того, как увидела фото Сергея — смуглого, с густыми бровями, похожего на ее бывшего мужа-чеченца, — признала очевидное.
Две разные судьбы
Так уж вышло, что Сергей, которого вырастила Наталья, вытащил счастливый билет. Он рос в любви, заботе, получил образование и стал успешным IT-специалистом. Судьба родного сына Натальи, Андрея, сложилась не так благополучно. Галина ушла из семьи, когда мальчику было шесть лет. Ребенок остался с отцом-алкоголиком.
Мальчик рос, как трава в поле: голодал, скитался, начал воровать.
«В 13 лет он впервые попал в колонию. В общей сложности он провел в тюрьме 11 лет. Образования нет даже у него», — с горечью рассказала Наталья.
«Можно я поеду с вами?»
Спустя полгода переписок Наталья с мужем решились поехать к Андрею в Благовещенск. Встреча на вокзале была трогательной — сын стоял с букетом роз.
«Мы проговорили с ним до четырех утра. Было ощущение, что мы знаем друг друга всю жизнь. Спустя несколько дней, за завтраком, он тихо спросил: „А можно я поеду с вами?“», — делится Наталья.
Андрей бросил все и улетел с родителями на Сахалин. Он прожил с ними пять лет. Пытался наладить жизнь, работал вместе с биологическим отцом. Но тяжелое детство и тюремное прошлое давали о себе знать: когда у парня появлялись деньги, он срывался в загулы. В итоге Андрей принял решение уйти добровольцем на СВО.
Для Сергея же новость о подмене стала ударом.«Вы меня не бросите?» — это было первое, что он спросил у отца. Родители заверили, что он навсегда останется их сыном. Однако психологическая травма оказалась глубокой. Сергей замкнулся в себе, уволился с работы, перестал общаться с друзьями и даже с семьей. Он признается, что его мучает мысль: он прожил чужую жизнь, занимая место другого человека.
Суды двух инстанций отказали
Ранее Sakh.online писал, что пострадавшие семьи подали иск к государству, требуя 30 млн рублей компенсации. Однако суды двух инстанций отказали в выплате, ссылаясь на то, что в 1989 году в законе не было понятия «моральный вред».
Адвокат Александр Зорин намерен поднять этот вопрос на федеральном уровне.