Последний подвиг матери в газовой камере Отряда 731: история из ада

В 1945 году в секретной лаборатории японского Отряда 731 на глазах у палачей умирала русская женщина Мария Иванова. Ее 4-летняя дочь была с ней. Когда в камеру начал поступать ядовитый газ, мать сделала единственное, что могла, — закрыла ребенка своим телом. Сегодня в Харбине стоит памятник, напоминающий об этой трагедии. Рассказываем, как сложилась судьба Марии и почему ее история — одна из самых страшных страниц Второй мировой войны.

Кто такая Мария Иванова

Мария Иванова — русская женщина, оказавшаяся в Харбине в годы японской оккупации Маньчжурии. По одним данным, она была эмигранткой, по другим — ее заподозрили в связях с советской разведкой. Вместе с ней в тюрьме Отряда 731 находилась ее 4-летняя дочь.

Русские женщины в Отряде 731 были редкостью — основную массу подопытных составляли китайцы и корейцы. Однако Мария оказалась в числе тех, кто попал в «фабрику смерти» из-за подозрений в шпионаже.

Что говорили свидетели

На Хабаровском процессе 1949 года бывший начальник санитарного управления Квантунской армии генерал Киёси Кавасима свидетельствовал:

«В апреле 1941 года, когда я только прибыл по назначению в отряд, я осматривал тюрьму и увидел в одной из камер двух русских женщин, у одной из которых был годовалый ребенок, родившийся в тюрьме отряда».

В других источниках указывается, что Марии было 35 лет, а ее дочери — четыре года. Стажер отряда, впервые увидев женщину с ребенком, вспоминал:

«Увидеть заключенную с ребенком на руках, которой разрешили погреться на солнце, было для меня потрясением. Эта маленькая белокожая женщина напоминала мне мою младшую сестру… Эта картина и сейчас стоит у меня перед глазами».

Наоката Исибаси, другой сотрудник отряда, рассказывал, как однажды Мария попросила принести ей зеркало — она не видела своего лица с момента заключения, только отражение в воде в туалете. Исибаси передал ей маленькое зеркало через окошко для еды.

Последние минуты

В июле 1945 года, когда поражение Японии стало неизбежным, командование Отряда 731 отдало приказ уничтожить все следы преступлений. Марию и ее дочь привели в так называемый «ящик смерти» — герметичный стеклянный куб, чтобы палачи могли наблюдать процесс умирания.

Японский писатель Сэйити Моримура в книге «Кухня дьявола» (или «Дьявольское пожирание») приводит свидетельства очевидцев:

«Мать и девочку поместили в вагонетку, не привязывая и без наручников. Вагонетку затем вкатили в камеру. Женщина, похоже было, уже со всем примирилась. Перед тем, как должны были пустить газ, девочка, копошившаяся у ног матери, вдруг подняла изумленное личико и из стеклянной камеры посмотрела на окружающих. Мать обхватила обеими руками ее голову, а девочка прижалась к матери и затихла. Сверху пошел газ. Мать прижимала к полу головку ребенка, чтобы хоть как-то защитить его от постепенно наполнявшего камеру газа. Она старалась закрыть ребенка всем своим хрупким телом. Но струи непрерывно поступавшего газа сначала дошли до девочки, а потом и до матери. Вскоре они обе были бездыханны. Руки матери по-прежнему обхватывали головку ребенка».

Как погибли другие узники

Судьба Марии и ее дочери не была исключением. В августе 1945 года, после вступления СССР в войну с Японией, командование Квантунской армии решило уничтожить всех оставшихся узников — около 40 человек. Сотрудники отряда переходили от камеры к камере и бросали через смотровые окошки гранаты с синильной кислотой.

«Некоторые не умирали сразу, они кричали и стучали в стальные двери камер, издавали страшное рычание, раздирали себе грудь», — признался один из убийц.

Трупы сжигали в ямах, кости собирали в мешки и выбрасывали в реку Сунгари.

Хабаровский процесс

В декабре 1949 года в Хабаровске состоялся судебный процесс над 12 бывшими военнослужащими японской армии, обвиняемыми в подготовке и применении бактериологического оружия. Среди подсудимых были командующий Квантунской армией генерал Ямада Отодзо и начальники санитарного управления. Все подсудимые признали свою вину. Они были приговорены к срокам заключения от 2 до 25 лет.

Однако главные организаторы — полковник Сиро Исии и его преемник Масадзи Китано — избежали наказания. Они передали американским властям секретные данные о бактериологическом оружии в обмен на иммунитет.

Память о Марии и ее дочери

Сегодня в Харбине, на месте бывшего комплекса Отряда 731, находится музей. Ежегодно его посещают более десяти тысяч человек. В экспозиции есть материалы, посвящённые Марии Ивановой и другим жертвам из числа русских эмигрантов. Установлен памятник, напоминающий о трагедии.

Исследователи отмечают, что в Отряде 731 погибли более 90 советских граждан, включая Марию Иванову и ее дочь. Их имена вписаны в списки жертв, хотя точное количество убитых русских в «фабрике смерти» остается неизвестным — документы были уничтожены японцами при отступлении.