
Когда Анастасия Сидорина впервые задумалась о переезде на Сахалин, остров не был для нее точкой мечты. До этого она жила и училась в Москве, где получила образование литературного работника. Однако найти работу по специальности в столице оказалось непросто: конкуренция среди выпускников слишком высокая, а количество подходящих вакансий ограничено.
О Сахалине Анастасия узнала благодаря маме, которую пригласили работать в регионе. Через знакомых стало известно, что на острове нужен специалист с ее образованием. Еще до переезда у девушки было несколько предложений о работе.
«Я ехала, зная, что здесь работу найду. Еще даже не приехала, а у меня уже было три или четыре предложения», — рассказывает Анастасия.
В итоге она приехала на остров практически без долгих раздумий. По ее словам, главным аргументом стала именно работа. В Москве она не видела понятного профессионального маршрута, тогда как на Сахалине получила возможность заниматься интересным делом и развиваться.
На острове Анастасия стала частью нашей редакции. При этом она отмечает: переезд для нее никогда не был историей о выборе между двумя конкретными городами. Она не слишком привязана к месту и спокойно может представить себя в другом регионе, если там появится интересная работа.
До переезда представление Анастасии о Сахалине было довольно условным. Она знала о нефти и рыбе, а более подробно стала знакомиться с регионом уже после того, как сюда приехала мама.
«Мы с мамой смотрели образовательные ролики, читали, что такое Сахалин, чем он живет, какие здесь люди. Про историю знали примерно ничего», — вспоминает она.
Первое впечатление от Южно-Сахалинска оказалось неожиданным. Больше всего Анастасию удивила планировка города.
«Все говорят, что Петербург — самый удивительный город на свете. Но вы видели Южно-Сахалинск? Ровные улицы — это то, чего невозможно ожидать», — говорит журналистка.
К типовой застройке она так и не привыкла. Почти за два года жизни на острове Анастасия продолжает скучать по старинным домам, необычной архитектуре и городским закоулкам, которые можно исследовать часами.
Но вместе с этим Сахалин изменил ее отношение ко времени. После московского ритма островная размеренность сначала казалась непривычной. «Я приехала с установкой: если сейчас не выполнить задачу — все, конец. А Сахалин меня в этом смысле перевоспитывает. Учит заземляться, помедленнее, поспокойнее», — признается Анастасия.
Главным недостатком жизни на острове для нее стала не природа и не расстояние от материка, а культурная среда.
Анастасии не хватает большого выбора театров, выставок, кино, необычных культурных проектов и прежде всего инициатив, которые появляются не по чьему-то поручению, а снизу — когда люди сами объединяются и придумывают что-то новое.
Она отмечает, что на Сахалине много культурных мероприятий, коллективов и площадок. Но ей не хватает спонтанности и разнообразия.
«Мне не хватает движения, организованного людьми. Чтобы собрались и сами решили: поехали в лес, устроили фестиваль, сделали театр абсурда, собрали интересные машины и устроили большую тусовку. Вот этой энергии мне не хватает», — говорит журналистка.
При этом именно культурная жизнь в итоге стала одной из главных причин, по которой Анастасия осталась.
Особое место в жизни журналистки занял Чехов-центр. Театр, по ее словам, стал открытием, которого она совершенно не ожидала от Сахалина.
В первые месяцы после переезда Анастасия ходила преимущественно на гастрольные спектакли. Тогда ей казалось, что с театральной жизнью на острове все очень непросто. Но затем она увидела постановки местного театра.
«Сначала меня убили тем, какие они классные, а потом — тем, какие они талантливые и как все это красиво», — вспоминает она.
Теперь Анастасия ходит в театр регулярно — иногда по несколько раз на один и тот же спектакль. Именно Чехов-центр стал для нее одним из главных аргументов в пользу жизни на острове.
«Если вырезать Чехов-центр из моей жизни, я бы уехала. Какая бы у меня ни была зарплата, какая бы ни была интересная работа и какие бы ни были классные коллеги», — признается журналистка.
Анастасия не считает, что за время жизни на Сахалине стала классическим журналистом или театральным критиком. Скорее, остров дал ей пространство для поиска собственного профессионального формата.
Она пишет о театре и культуре, общается с артистами, режиссерами и зрителями. При этом ее материалы находятся на границе нескольких жанров: в них есть журналистика, критика, личная интерпретация и авторский взгляд: «Я развиваюсь как писатель. Сахалин дает возможность разговаривать с очень разными людьми. Здесь каждый второй человек — готовый персонаж».
По ее словам, особенно важно то, что у нее есть возможность экспериментировать. Не каждый материал получает одинаковый отклик, но именно это позволяет искать собственный стиль.
Анастасия воспринимает свою работу не только как способ рассказать читателю о спектакле или выставке. Она считает, что культурный журналист может помогать человеку сформировать собственный взгляд на искусство.
«Мне нравится, когда ко мне подходят и говорят, что я показываю им мир другими глазами», — признается она.
Несмотря на критическое отношение к некоторым сторонам островной жизни, Анастасия не считает, что сахалинцы чем-то принципиально отличаются от жителей других регионов.
Она уверена: люди везде разные, и впечатление от места во многом зависит от того, с кем тебе довелось познакомиться.
«Я настаиваю, что люди здесь хорошие не потому, что они сахалинцы. Они хорошие просто потому, что они люди», — говорит журналистка.
Сама она быстро почувствовала себя на острове своей. Настолько, что даже спустя почти два года не всегда ориентируется в городе по названиям улиц — зато легко узнает места по зданиям и церквям.
Сегодня Анастасия сама советует знакомым из Москвы обратить внимание на Дальний Восток. По ее словам, в столице она все чаще сталкивается с историями людей с хорошим образованием и опытом, которые не могут найти подходящую работу. На Дальнем Востоке ситуация, по ее наблюдениям, во многих сферах обратная: региону нужны специалисты.
«Я за последние несколько месяцев нескольким знакомым сказала: бросайте эту историю, приезжайте на Дальний Восток. Вас здесь с руками оторвут», — рассказывает она.
При этом Анастасия считает, что Москва сама по себе создает у людей психологический барьер перед переездом в регион. Если житель небольшого города хочет профессионально расти, он часто смотрит в сторону Москвы. А москвич редко воспринимает Дальний Восток как следующий этап карьеры.
«В голове почему-то есть ощущение, что переехать из Москвы во Владивосток или на Сахалин — это понижение. Хотя это совершенно не обязательно так», — отмечает журналистка.
По ее мнению, региональные города могут дать специалисту то, чего сложно добиться в столице: работу, опыт, возможность пробовать новое и более низкую конкуренцию.
Выбирая между Москвой и Южно-Сахалинском, Анастасия не готова назвать однозначного победителя. В Москве у нее остается много любимых мест, друзей и привычной культурной среды. На Сахалине — интересная работа, природа, люди и Чехов-центр.
Но если речь идет о переезде на Дальний Восток в целом, она советует хотя бы попробовать.
«Вообще не надо ничего бояться. Все всегда обратимо. Если не получится, всегда можно уехать. На самом деле нет ничего проще, чем встать и поехать», — говорит Анастасия.
Почти два года назад она сама сделала именно так: собрала вещи, взяла кошку и переехала на другой конец страны. Сначала Сахалин был для нее прежде всего местом, где можно построить профессиональную жизнь. А уже потом появились люди, театр, привычки и собственная история острова.
И хотя Анастасия по-прежнему не исключает новый переезд, сегодня Сахалин для нее — уже не случайная точка на карте.
Материал подготовлен в рамках серии «Сахалин. Возвращение и выбор» — о людях, сознательно выбравших остров местом жизни, карьеры и профессиональной реализации.