Сахалинский джаз в День России: как оркестр Федора Сенчукова отметил двухлетие
Яркие аранжировки, англоязычные хиты и авторский российский джаз захватили сердца зрителей.
В День России, 12 июня, в «Симфонии» состоялся один из финальных концертов 78-го филармонического сезона. Джазовый оркестр под управлением Федора Сенчукова отпраздновал свой второй день рождения знаковой программой «Подобранное». Этот праздничный вечер стал не просто творческим отчетом коллектива о проделанной за сезон работе, а настоящим признанием в любви жанру.
Основой программы стали проверенные временем джазовые стандарты и любимые произведения, знакомые каждому ценителю и любимые самими музыкантами. В сольных партиях каждый инструменталист коллектива смог раскрыть свой потенциал, добавив вечеру живой импровизационной энергии.
Джазовый оркестр мастерски выдержал баланс между тонким лиризмом и драйвовым звучанием, удерживая внимание зала на протяжении полутора часов.
Украшением концерта стали вокальные номера. Александра Баленко, Виктория Малютенко и Павел Венцковский сменяли друг друга на сцене, выступая сольно и в дуэтах. Прозвучавшие англоязычные хиты позволили солисткам в полной мере продемонстрировать вокальный диапазон — от высоких нот до глубокого, бархатного грудного звучания в лучших традициях Эллы Фицджеральд. Интернациональную палитру вечера гармонично дополнили два русскоязычных произведения композитора Антона Горбунова, тепло принятые публикой за их мелодизм и простой текст.
Включение в репертуар актуальных произведений российского пианиста Алексея Подымкина доказало, что оркестр не только чтит наследие прошлого века, но и подсвечивает достижения современной отечественной музыки.
Джазовый коллектив преподнес зрителю несколько неожиданных сюрпризов. В частности, знаменитая песня «Fever» американской джазовой певицы Пегги Ли прозвучала на концерте по-новому благодаря авторской аранжировке островного композитора и пианиста Олега Анохина.
Сахалинские музыканты подарили слушателям живое, искреннее и даже отчасти трогательное выступление. Этот концерт наглядно подтвердил, что джаз — это универсальный музыкальный язык, не требующий перевода.